Эволюция зарубежной практики противодействия преступности

Джахбаров Ю.А.

Аннотация:  

Цель: исследование особенностей формирования и развития методов и способов борьбы западных государств с преступностью.

Методы и методология: использованы общенаучные методы исследования (ретроспективный анализ, сравнительно-правовой, формально-логический, социологический).

Результаты: представлен исторический обзор концепций и теорий криминологии. Описаны различные стратегии борьбы с преступными явлениями древних и средневековых государств. Выявлена зависимость инструментов борьбы государства и общества с преступностью от традиционной национальной религии, общественной нравственности, обычаев, господствующего политического и экономического уклада и уровня научно-технического развития.

Ключевые слова:  меры борьбы государства и общества с преступностью, причины преступлений, уголовное наказание, традиционная национальная религия, общественная нравственность, обычаи

История борьбы с преступлениями в разных государствах берёт своё начало испокон веков. Она показывает нам, что положительный опыт борьбы с преступлениями был всегда обусловлен в разных народах и в разные периоды времени определёнными теоретическими идеями и традициями [1]. В зависимости от своих религиозных, философско-мировоззренческих и политических установок в различные периоды развития человечества выдающиеся мыслители разных народов считали главными причинами совершения преступлений передающийся из поколения в поколение «первородный грех» или испорченность человеческой природы. Другие  исследователи считали основной причиной совершения преступлений изначальную наследственно-психологическую склонность некоторых людей из корыстных и низменных иных побуждений совершать противоправные и общественно опасные поступки.

Некоторые известные древние и средневековые мыслители (например, Платон, Аристотель, Т. Мор, Т. Кампанелла, Ч. Беккария, Дж. Локк и другие) полагали, что причинами совершения преступления являются порча и болезнь души или нарушение душевного покоя и гармонии конкретных людей, их безмерное желание и стремление к материальному богатству и власти, затмевающие их разум различные страсти и испорченные нравы, которые порождают озлобленность и нищету одних и горделивую праздность других людей, несправедливую организацию общественных и государственно-политических отношений и устоев. Исходя из этих мировоззренческих предпосылок, они считали главной задачей истинной юриспруденции, законодательства и правосудия предупреждение совершения разного рода преступлений, своевременное и справедливое наказание правонарушителей и преступников [2].

Ряд западноевропейских мыслителей считали причиной совершения преступлений неблагоприятные условия жизни людей и социальную несправедливость, в частности, разделение общества на классы собственников-эксплуататоров и обездоленных нищих людей. В царской России  некоторые видные писатели и общественные деятели считали главной причиной социальной несправедливости  и обусловленных ею многоразличных преступлений «крепостное право» и угнетение широких масс  порабощённых людей своими ведущими паразитический образ жизни господами: дворянами, помещиками,  церковными иерархами, государственными чиновниками и т.д.

Предлагая свои духовно-нравственные методы борьбы с преступлениями, великие отцы и учителя церкви полагали, что грех и проистекающее из него зло преступления прежде всего являются актами отрицания бытия Бога, преступлением Его слова и неизменных заповедей.  Вот, что писал о первопричине совершения преступления - «первородном грехе» - один из отцов и учителей церкви  святой Августин: «Так как средство этого преступления состоит в правосудном наказании, то от древа того, к которому человек прикоснулся вопреки запрету, явилось познание добра и зла; потому что, впав в свой грех и терпя за него наказание, душа учится, какое различие существует между заповедью, которая она не захотела сохранить, и грехом, который она совершила; и таким образом, с одной стороны, по опыту знакомится со злом, которого она не знала, остерегаясь его, а с другой, через сравнение со злом сильнее начинает любить добро» [3].  Если изначально невинному первочеловеку Адаму не был бы известен один-единственный запрет Бога - воздержаться и не вкушать плода дерева, растущего посреди райского сада, то деяние его не вменялось бы ему в вину в качестве греха и преступления.

Концепции «первородного греха» придерживался также великий немецкий учёный и философ Гегель, который писал: «Посредством совершенного Адамом первородного греха стал человек от природы греховен; он должен снять свою природность и стать духом. Если же человек остается в природности своей воли, то это уже не первородный грех, а воля человека пребывать во грехе» [4].  Потому грех и преступление есть лишь следствие своевольно испорченной человеческой природы и судьбы человека, порабощенного душераздирающими низменными страстями, сатанинской гордостью и похотливыми влечениями, а не следствие  свободной и ответственной воли достойного своего Создателя существа, имеющего свое высокое достоинство, призвание и назначение. Для того чтобы не совершать больше преступлений, человек должен осознать своё достоинство и вести себя всегда и везде достойно.

Научные методы борьбы с преступлениями разрабатывались также представителями так называемой антропологической школы [5].  Во Франции её представлял, например, известный френолог Ф. Галль, в Италии психиатр Ч. Ламброзо. В многолетних своих криминологических исследованиях они утверждали, что преступные свойства и наклонности человека в основном передаются генетически, по наследству, хотя и формируются в социальной среде. В наше время их взглядов, хотя и с некоторыми оговорками, придерживаются американские психологиБартол К.,  Блэкборн Р., Д. Шэффер и Д. Майерс, которые рассматривают детерминанты поведения человека,  как в генетическом, так и в социальном измерениях [6, 7]. По мнению одного из последователей Ч.Ломброзо Д.А. Дриля, преступность возникает обыкновенно на почве болезненной порочности, которая  передаётся далее путём унаследования различных дефектов [8]. Поэтому наиболее оптимальным методом борьбы с преступниками они считали медицинское их лечение и исцеление, а также благоприятное изменение их жизненной обстановки и социальной среды [9]. Тем самым они в своих подходах к решению проблемы борьбы с преступностью приближались к взглядам представителей социологической школы правоведов-криминологов.

Социологическую школу криминологии представляли главным образом бельгийский математик А.Кетле, французские и немецкие криминологи А. Лакассань, Э. Дюркгейм, Г. Тард и Г. Манхейм, которые считали преступность не только и не столько биологическим явлением, сколько социальным явлением. Из этого они делали вывод о том, что каждое общество имеет тех преступников, которых оно заслуживает [10].

В России подобных взглядов придерживались,  например, известный русский правовед и криминолог Н.С. Таганцев, который писал: «Жизнь всех народов свидетельствует нам, что всегда и везде совершались и совершаются деяния, по разным основаниям не столько признаваемые, но и вызывающие известные меры общества или государства, направленные против лиц, их учинивших, - деяния, признаваемые преступными; что всегда и везде существовали лица, более или менее упорно не подчинившиеся требованиям правового порядка, велениям власти, его охраняющей» [11]. В связи с этим наиболее оптимальным средством борьбы с преступностью он, наряду с нравственным воспитанием и просвещением людей, считал также существенное улучшение их социально-бытовых условий жизни. Другие русские считали, что большинство преступлений совершаются не столько от географических, климатических и иных явлений, сколько от дурного воспитания, политического неустройства жизни общества, несправедливых социальных отношений, которые духовно и нравственно развращают людей и порождают в них праздность, злобу, зависть, лицемерие, своекорыстность и властолюбие [12].  Для борьбы с преступностью они предлагали всё больше и больше заниматься нравственным и правовым просвещением людей, а также искоренять те несправедливые условия социальной жизни, которые вызывают у них подобные мотивы для совершения тех или иных преступлений [13].

Один из ярких представителей социологического направления развития криминологии итальянский исследователь Э. Ферри в 1896 году полагал, что причины преступности содержат в себе много параметров, и они носят как антропологический, расовый, генетический, природно-климатический, так и нравственно-психологический, социально-экономический, политический и т.д. Следовательно, и стратегии борьбы с преступностью должны разрабатываться на основе такого множества криминогенных факторов [13].

Известный французский социолог Э. Дюркгейм видел причины совершения преступлений в разрушении традиционных социальных связей, которые приводят к состоянию социальной аномии, безразличия людей к требованиям религиозных и моральных заповедей, принципов и норм права, обычаев и т.п. [14]. Поэтому для успешной борьбы с преступностью он предлагал постепенное восстановление сложившихся в обществе традиционных связей и справедливых социальных отношений.

Американский социолог права Р.Мертон усматривал причины совершения многих преступлений в том, что из-за отсутствия правомерных возможностей людей добиваться поставленных обществом целей (например, быть известным и знаменитым, богатым и влиятельным) люди начинают фрустрировать, т.е. впадать в чувства неверия, уныния, разочарования, отчаяния и безысходности. По этой причине эти люди либо, нарушая закон, добиваются этих социальных установок, либо становятся алкоголиками, наркоманами и самоубийцами [1]. Очевидно, что в отличие от духовно-нравственных пастырей и иных стратегов борьбы с преступностью представители социологической школы не в полной мере учитывали тот неопровержимый факт, что многие преступления совершаются не только по причине личной социально-бытовой неустроенности и бедности некоторых людей, но также и из-за отсутствия в самых социально продвинутых, материально обеспеченных и успешных людях чувства истинной веры, видения жизненной перспективы, лучшей надежды и любви, которые вытеснены чувством зависти, вражды, своекорыстии, эгоизма, нравственной невоспитанности и душевной испорченности и опустошения [15].

Американский исследователь Э. Сатерленд и французский криминолог Г. Тард считали, что стратегии борьбы с преступностью должны строиться, исходя из выявления всей совокупности причин и условий совершения отдельных видов преступлений. Например, они видели некоторые такие причины в стремлении большинства людей подражать тем, кого они считают выше себя или своими кумирами, которым свойствен преступный образ жизни, мышления и поведения [1].

Поэтому действенная борьба с преступлениями должна, прежде всего, начинаться с борьбы с теми авторитетами общества, поведение которых имеет самое большее негативное влияние на поведение остальных членов общества.

Литература:

1.      Иншаков С.М. Зарубежная криминология. М., 1997.

2.      Абызов К.Р., Гриб В.Г., Ильин И.С. Криминология. Курс лекций. / К.Р. Абызов, В.Г. Гриб, И.С. Ильин. М., 2010.

3.      Августин Блаженный. Об истинной религии. Теологический трактат. Минск,1999.

4.      Гегель Г.В. Философия права. М., 1990.

5.      Решетников Ф.М.  Классическая школа и антрополого-социологическое направление. М., 1985.

6.      Бартол К. Психология криминального поведения. СПб, 2004.

7.      Блэкборн Р. Психология криминального поведения. СПб, 2004.

8.      Шэффер Д. Дети и подростки: психология развития. СПб., 2003.

9.      Дриль Д.А. Учение о преступности и мерах борьбы с ней. М., 1912. (2006).

10.    Криминология  /Под ред. В.Н.Кудрявцева, В.Е. Эминова. М.: Норма. 2010.

11.    Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть общая. Т. 1. СПб., 1902.

12.    Остроумов С.С. Преступность и её причины в дореволюционной России. М., 1960.

13.    Фельдштейн Г.С. Главные течения в истории уголовного права России. Ярославль, 1909.

14.    Боронбеков С. Современные уголовно-правовые системы и школы. Рязань, 1994.

15.    Флетчер Дж., Наумов А.В. Основные концепции современного уголовного права. М., 1988.

Вы можете отправить статью для публикации в журнале
Новый выпуск